Поделиться новостью —

Читайте также

16 Января 2021

«Малхолланд Драйв» Дэвида Линча

15 Января 2021

На «Ленфильме» идет цветокоррекция новой кинокартины Дмитрия Месхиева

15 Января 2021

«Феллини и духи»

К списку новостей

Владимир Бортко: «Успех пришел потому, что с самого начала мы сосредоточились на кино не про бандитов, а про людей»

25 Ноября 2020

Один из самых успешных и популярных сериалов на нашем телевидении «Бандитский Петербург» выходил на экраны в 2000-е годы, и первым его режиссером Владимир Бортко. Мы попросили рассказать Владимира Владимировича, как начиналась работа над популярной криминальной телеэпопеей двадцать лет тому назад, поговорили об особенностях съемочного процесса в Питере и Москве, узнали о творческих планах режиссера.

– На многих интернет-ресурсах, связанных с кино, вы значитесь и как создатель практически всех последующих фильмов «Бандитского Петербурга».

– Как режиссер я снимал только первые две части – «Барон» и «Адвокат». Дальше я выступал в качестве продюсера.

– Как зародилась идея создания сериала?

– Я искал идею для нового фильма, которая была бы понятна и интересна зрителю. Обратился к нашему петербургскому журналисту и писателю Андрею Константинову с просьбой что-нибудь написать. Не было определенных мыслей и предложений, но Андрей сказал: «Хорошо, я попробую». Потом подарил мне одну из своих книг.

В то время выходила масса книг о «лихих девяностых». Как правило, на обложке был какой-нибудь пистолет, кастет или еще что-то угрожающее. Книга «Адвокат», которую мне подарил Андрей, была примерно с такой же обложкой. Отказываться было неудобно, я пообещал дома посмотреть. Вечером нехотя раскрыл книгу, а закончил читать только утром. Я сразу понял, что это весьма перспективная история для создания сериала. Только где взять деньги? Я много раз хотел начать съемки какого-нибудь фильма, только денег все не было. В этот раз Андрей сказал, что у него есть знакомый, который не откажет в помощи. И этот знакомый не отказал… Стали снимать.

Конечно, деньги были смешные, маленькие, но, тем не менее, как-то все образовалось. Я очень доволен, что снял тогда этот фильм. Горжусь этим. Думаю, успех пришел потому, что с самого начала мы сосредоточились на кино не про бандитов, а про людей. А те, кто жил в то время, хорошо помнят, как тогда обстояли дела. Тысячи, а может миллионы попали в достаточно сложную ситуацию в 90-е годы. И через все это нужно было пройти, чтобы выжить. Не через бандитизм, а через безработицу, безденежье, отсутствие элементарной социальной поддержки от государства. Вот такая история.

– Как вы познакомились с Андреем Константиновым?

– О нем мне рассказал писатель Андрей Кивинов. Я снимал серии «Улицы разбитых фонарей», кстати, под псевдонимом, ощущая некоторую неловкость, а Кивинов, как бывший опер, нас консультировал. К нему я и обратился первоначально за новым сценарием, который позже превратился в «Бандитский Петербург». Но Андрей Кивинов сказал мне, что сам не может его написать и дал адрес своего тезки – Андрея Константинова.

– Как шел поиск актеров на роли?

– Конечно, когда снимаешь такого рода сериалы, есть соблазн приглашать на роли не столько актеров, сколько определенные типажи. Мало ли у нас профессионалов, которые в жизни милейшие люди, но по фильмам за ними закрепилась репутация бандюг! Да, актер в некотором смысле – выражение того, что ты хочешь сказать. Но бандиты в чистом виде нам совершенно не были нужны. Мы искали личностей, людей со сложной, поломанной, исковерканной судьбой. Поэтому понимали, что на главные роли нужно приглашать чрезвычайно популярных, крупных актеров. Я искал определенный характер, судьбу, а не типаж.

Актерский состав у нас собрался замечательный. Один хотя бы Кирилл Лавров чего стоит! Я очень рад, что позже пригласил его на роль Понтия Пилата в «Мастере и Маргарите».

– Кого из актеров вы открыли для себя в сериале?

– Прежде всего, Льва Борисова. Это действительно было любопытно, интересно. Пожалуй, его лучшая роль. Мне очень жаль, что только эта. Потому что артист он очень хороший, замечательный… С Алексеем Серебряковым мы отлично сработались и понимали друг друга.

Мы снимали параллельно две части, которые между собою никак не связаны по составу актеров. В «Бароне» одну из главных ролей играет, например, Александр Домогаров, а в «Адвокате» – Дмитрий Певцов. В один день приходилось снимать кусочки двух фильмов. Вот это было сложно. Но как-то справились.

– Когда начинаются съемки сериала, невозможно, наверное, предсказать, сколько сезонов в итоге получится…

– Первоначально никакой речи о сезонах не шло. У меня было две истории, из которых начались съемки двух фильмов. Продолжения не предполагалось вообще. Его захотели зрители, и стало интересно тем, кто готов был финансировать истории. Но это было уже без меня. Мое кино заканчивается со смертью Адвоката, когда в десятой серии второго фильма бандит Череп стреляет в голову Сергея Александровича Челищева. На этом конец. То, что происходило дальше, создавалось другой киногруппой. Я выступал как продюсер – номинальная роль.

Важно понять: «Бандитский Петербург» – не детектив. Кстати сказать, чем отличаются гангстерские фильмы от детективов? Гангстерские фильмы – это рассказ о нехороших людях изнутри. По закону жанра фильм должен заканчиваться смертью героя или его отсидкой. Только так, а не иначе. И во всех американских гангстерских фильмах именно на этом ставится точка. Как бы нам ни был приятен парень, который в силу обстоятельств занимается «черным» делом, финал его должен быть одинаков. Такая вот история. Так что «Бандитский Петербург» – классическое гангстерское кино.

Детектив и расследование – там все благополучно и хороший конец. А здесь благополучного конца быть не может. А если он и есть, то, во-первых, это нехорошо с точки зрения воспитания будущего поколения, а, во-вторых, это неправда, неточность.

– Вы иногда снимаете Москву в Cанкт-Петербурге, а Питер в Москве… Во время съемок для вас город видится по-новому, преображается?

– Я знаю Санкт-Петербург, давно знаю. Когда ты ходишь по его улицам, живешь здесь, все откладывается в голове. Когда ты начинаешь снимать, то уже примерно представляешь, где ты можешь найти тот или иной нужный для тебя образ города.

Я Москву снимал в Питере; это было любопытно, интересно. В фильме «Блондинка за углом» я выдавал Питер за Москву, а не наоборот. «Собачье сердце», Москву 20-х годов снимали… в местах Санкт-Петербурга, где был сохранен дух времени. В «Мастере и Маргарите» снимали на Патриарших прудах, а другие улицы пришлось снимать в Санкт-Петербурге. Москва слишком изменилась со временем, поэтому найти ее образ первой половины ХХ века легче на берегах Невы. Пишут иногда: вот, он снимал Москву. Так пару улиц, только и всего. Снимать Москву 30-х годов здесь, в Cанкт-Петербурге, гораздо лучше.

– Ваше отношение к городу?

– Это моя жизнь. Я прожил здесь без малого полвека. Что говорить-то? Он меня сделал. Я стал тем, кто я есть. Я благодарен ему, он питает меня. Я люблю его. Хотя, конечно, хотелось бы его приукрасить. Уж больно он запущен, сказал бы так.

– За период с 2011 по 2019 год вы значитесь соавтором 47 законодательных инициатив и поправок к проектам федеральных законов. Вы – первый заместитель председателя Комитета Государственной Думы по культуре. Какие из инициатив связаны с киноотраслью?

– В том числе и по моей инициативе, Государственная Дума приняла «антипиратский закон». Документ определяет порядок ограничения доступа к интернет-ресурсам, использующим незаконный контент, и закрепляет правовые основания для их закрытия. «Незаконный контент» означает банальное воровство у кинопроизводителей. Закон вступил в силу 1 августа 2013 года.

– В ноябре 2013 года в интервью корреспонденту газеты «Аргументы и факты» вы заявили: «Поверьте мне: человечество в итоге придет к социализму. Или умрет!» Не изменили ли вы свое мнение?

– Нет, не изменил. «Нет такого преступления, на которое капитал бы не пошел ради 300% прибыли», – говорится в «Капитале» Карла Маркса. Достаточно посмотреть в окно, чтобы в этом убедиться. На планете вырублено 40% лесов. В Тихом океане плавает куча мусора, целый остров из бутылок, размером с Голландию. Результат – возможная гибель цивилизации. Социализм – это не приватизация парикмахерских, а ограничение хищничества.

– Чем вам дорог «Ленфильм»? Что вы изменили бы в его структуре?

– К «Ленфильму» я отношусь, как к родному дому, на котором проработал сорок лет. Увы, то, что происходит последние двадцать лет, меня угнетает. Трудно сравнивать качество фильмов при «проклятом» социализме и редких нынешних, выпускаемых «Ленфильмом». Сейчас государственные деньги, выделяемые на кино, уходят частным компаниям, так называемым «мейджорам», и это неправильно. Государственная студия должна получать государственные деньги для производства пяти шести фильмов в год. Считаю, что «Ленфильм» должен получать деньги для производства фильмов, а не на покраску стен. «Ленфильм» живет не стенами, а фильмами.

– Какие ваши фильмы для вас особенно значимы? Какие творческие планы на будущее?

– Что касается любви к фильмам, я их все люблю. Правда, не в равной степени. Есть, я так бы сказал, «трудные» фильмы. Те, которые, особенно в начале моей работы в кино, меня заставляли переделывать, отходят по каким-то, прежде всего идеологическим, причинам от первоначального замысла. Но, тем не менее, я их все люблю. Все – мои дети.

А что касается будущего, я сейчас начал работу над фильмом и сериалом «Александр и Наполеон». Речь идет о царе Александре I и императоре Франции Наполеоне Бонапарте. Они в одной и той же пропорции существуют – пятьдесят на пятьдесят. Два главных героя у фильма. Действие происходит с 1801 года по 1814-й. Заканчивается входом наших войск в Париж. Такая история со всеми битвами, со всеми людьми окружающими, пушками, ружьями и многим другим. В общем, целая эпопея.

Если это все будет снято, то будет достаточно интересно. А самое главное, что это необходимо. Поскольку из той, Отечественной войны 1812 года, многое уже забыто. Например, на главной площади Санкт-Петербурга стоит Александрийский столп, и молодежь не знает, в честь кого установлен памятник. Это время неизвестно. О Бородинском сражении, которое, кстати, проиграно. О сдаче Москвы…

Бородинское сражение случилось через несколько месяцев после входа наполеоновских войск в Россию. А война продолжалась еще два года. Об этом почему-то никто не говорит. А ведь сколько там исторических параллелей! Например, Наполеон вторгся в Россию 23 июня, практически в том же месте, где Гитлер напал на нас 22 июня 1941 года. Армия Наполеона – 550 тыс. человек – состояла в основном не из французов. Это сборная солянка со всей Европы. То же самое было и с Гитлером. Но самое еще смешное – другое. Когда мы шли через Европу, те, кто воевал с нами, присоединились к нам, чтобы воевать уже с Наполеоном. Вот это поразительно! И в 1945 году, и в 1814-м…

Нужны деньги на все. Так что это не просто слова, а вещь, мягко говоря, серьезная. Там и часть иностранных актеров, и зарубежных локаций. Снимать будем в Cанкт-Петербурге, Москве, а также по Европам. Это масштабный проект.

Очень надеюсь, что мне удастся снять этот фильм.

Источник